Психологическая помощь
Психолог, психотерапевт Сергей Алексеев

Психологическая помощь в Москве (либо по скайпу):
консультирование, психотерапия. Вопросы и запись на консультацию:
+7 916 620-79-60,
© 20010-2016 Психолог, психотерапевт Сергей Алексеев.
Перепечатка материалов сайта возможна только с согласия владельца.

Могу ли я быть психотерапевтом самому себе?

..Например, с помощью книг, собственных размышлений, спортзала, каких-либо техник и методик и другой "работы над собой".
   Безусловно, я могу делать что-то, что меняет мое душевное состояние  в данный момент. Физические упражнения, интересный фильм, секс, вкусная еда - все это может  дать другой ход моим мыслям и изменить мое настроение. Но очевидно, что это - не про психотерапию. Это некая самопощь. Иногда (и кому-то) ее вполне достаточно, и мы все так или иначе к ней прибегаем чаще или реже, вовсе и не держа в голове таких слов, как  "психологическая помощь". Особенностью тут является переключение  внимания с одних процессов на другие или компенсация неудовольствия в чем-то одном удовольствием в другом. Есть один момент, на который стоит здесь обратить внимание. Если рецепт моего переключения с тревожных мыслей и чувств на что-то более приятное и успокаивающее всегда один и тот же  - это может стать зависимостью. Например, чтобы справиться со своей тревогой ("плохим настроением"), я , пожалуй, чего-нибудь выпью (посижу в интернете и т.п.). Со временем я могу делать это, чтобы заблаговременно предупредить, как бы исключить, само возникновение некомфортного состояния. Но тема зависимости достойна отдельного рассмотрения в отдельное время.
   Можно сказать, что какие-то действия, позволяющие самостоятельно "отвлечься и не думать" соответствовали бы представлению о психотерапии, как о средстве не чувствовать, не сталкиваться с неприятными, беспокоящими эмоциями, ощущениями, такими как  психологическая боль, стыд, вина, беспомощность, собственная злость и т.д.

   Другой вариант - это то, что хотелось бы назвать "разборки с собой". В какой-то момент ("в один прекрасный день") я понимаю, что у меня трудности, которые я сам опознаю как психологические. Я начинаю читать "психологические книги", а со временем - искать такую книгу, прочтя которую, я от моих затруднений избавлюсь. Скорей всего, я хочу найти в такой книге инструкцию - что надо делать, чтобы получить  такой-то результат. Книжек  таких много, и инструкций в них хватает: не позволять себе "плохих мыслей", а повторять "хорошие"; правильно дышать; правильно анализировать и объяснять себе происходящее; управлять своими "энергиями" и проч. Часто такие книги учат лишь одному: рассуждать о своих затруднениях в терминах, которые склонен употреблять автор книги, выстраивать целые системы объяснений или оправданий - "почему все так, а не иначе", по сути, консервируя психологические сложности и их последствия в жизни человека.
     Парадоксальный пример: тот, кто считает, что имеет трудности в общении, готов прочесть десяток книг с названиями типа "Как научиться общаться", и это чтение само по себе "освобождает" его от
контактов с кем-либо на длительное время. Такое чтение  - вообще часто просто способ не иметь дело с затруднением напрямую. В то же время возникает успокоительное ощущение - "я не сижу сложа руки, я что-то делаю, я работаю над собой", и человек действительно может
вкладывать много энергии в такие занятия..
     Этому поведению соответствует представление о психотерапии как о способе найти объяснения, "вскрыть механизмы", а еще - как о способе что-то изменить в себе вне  отношений с другими людьми.

     Близко к этому стремление видеть в том, что называют "духовными практиками", что-то вроде "психотерапии в одиночку". Тогда терапия представляется средством саморегуляции и приведении себя в соответствие с определенными выбранными стандартами.

      В чем же отличие реальной психотерапии, которая всегда осуществялется в контакте, в отношениях с психотерапевтом или с участниками психотерапевтичесокй группы, от вышеописанных попыток? Ключевые слова тут - контакт, отношения. Почему же они так важны?
  С момента рождения (и в определенном плане - раньше) человеческое существо находится в тесном взаимодействии с важными для него людьми. Становление "Я", личности человека происходит не только в контакте и в отношениях со значимыми людьми, но и лишь при условии такого контакта. По словам                К. Роджерса, «…человек принадлежит к определенному виду и имеет видовые характеристики. Одна из них, я считаю, заключается в том, что он неизлечимо социален; он имеет глубокую потребность во взаимоотношениях».  Собственно, и в основе любых затруднений, опознаваемых как психологические, всегда  лежат, в том или ином виде, отношения с другими людьми. Внутренний конфликт - это конфликт, который когда-то был внешним и был усвоен, "проглочен".  И то, что когда-то "пошло не так" в отношениях с другими и привело внутри личности к ограничениям, деструктивным навыкам и прочим сложностям, может быть изменено, "решено заново" именнно в новом опыте человеческих отношений - клиента и психотерапевта или участников терапевтической группы.
   Роль клиента в терапии, конечно, очень важна, и в этом смысле, конечно,  именно он "делает  эту работу" для себя.  Но сама эта работа невозможна без контакта и отношений с другим.
   Процессы, происходящие в клиенте во время психотерапии, и роль этих процессов в успехе психотерапии исследовал выдающийся психотерапевт (и не только психотерапевт) Ю. Джендлин. В своей работе "Фокусирование", посвященной особому методу работы с переживаниями в тесной связи с телесным ощущением, он пишет: "Во время такого процесса, когда происходит прикосновение к чувству, а потом возвращение обратно, особенно важным является  контакт  с психотерапевтом...Многие жизненные процессы основаны на взаимодействии и не могут происходить, когда человек оказывается один, сам по себе. Для того процесса, который я описываю, другой человек всегда является принципиально важной частью.... Для нас важно, что человек не может переживать процесса взаимодействия в одиночестве, сам по себе...Фокусирование в одиночестве может быть достаточно глубоким, но оно будет еще более глубоким и способным вызывать различные изменения [выделение мое - С.А.] в содержании  переживаний , если происходит в контексте взаимоотношений".
 
    В заключение - один маленький пример из опыта моей личной терапии. В какой-то момент я с удивлением обнаружил (и поделилися этим открытием с другими участниками психотерапевтической группы), что когда я в группе, с другими людьми, я в своих попытках самопонимания чувствую себя  безопаснее и позволяю себе гораздо больший риск, чем когда я один, сам с собой. Как будто с группой  я могу поделиться даже большим, чем с самим собой в одиночестве. С этим же ощущением я сталкивался и в своей индивидуальной терапии.  Иными словами, другой человек или группа в отношении меня могут быть более принимающими, чем - в данный момент - я сам мог бы быть в отношении себя. Переживание этого факта позволяет мне меняться: если другие принимают меня, я и сам могу рискнуть это сделать.
     И это -  лишь небольшая  иллюстрация одной из граней того, что  происходит в условиях профессиональной психотерапии.

Сергей Алексеев,
клиент-центрированный психотерапевт, психолог

статистика
Rambler's Top100